№60 литературно-художественного журнала "Склянка Часу*Zeitglas"




Вышел в свет №60 литературно-художественного журнала "Склянка Часу*Zeitglas"

 

АВТОРЫ ЭТОГО НОМЕРА ЖУРНАЛА:

 

Проза   Prosa  Проза

 

Александр Апальков

Alexander Apalkow

Мирослава Панасюк

Anatolij Krym

Євгенія Люба

Сергей Кузичкин

Олег Корниенко

Сергей Гайдук

Іванна Денис

Леонид Мележик

Олекса Городенко

Ольга Кай

Петро Залевський

Вадим Жалюк

Ілля Болоташвілі

Елена Соколова

Александр Волков

Зоряна Починайко

Юрий Пилипенко

Александр Крамер

Ірина Цибах

 

 

Лірика Lyrik Лирика

 

Сергій Левченко

Марк Богославский

Євген Юхниця

Михайло Плосковітов

Світлана-Майя Залізняк

Петренко

Анатолій Криловець

Вячеслав Пасенюк

Геннадий Кононов

Юрий Григорьев

Иннокентий Медведев

Александр Курапцев

Тетяна Рівна

Олександр Конопля

Микола Назарівський

Тетяна Ріхтер

Володимир Комісарук

Юрий Крыжановский

Александр Товберг

Наталья Савина

Лидия Силина

 

Есе Essays Эссе

 

Владимир Ерёменко

Владимир Спектор

Микола Кульбовський

Ярослав Брусневич

Геннадій Молчанов

Александр Мошна

 

Галерея Galerie Галерея

 

Живопис Ірини Сташкової / Malerei von Irina Staschkowa.

 

 

Графіка: Дениса Чернова/ Graphik von Denis Tschernow:

18, 68, 84, 100, 117.

Графіка: Олексій Мартиросов/ Graphik von Alexej Martirosow:

115.

Графіка: Сениченко Олени/ Graphik von Sеnitschenko Elena:

38, 55, 77.

Графіка: Корольової Анни/ Graphik von Korolewa Anna:

72

Графіка: Зеленського Ярослава/ Graphik von Selenskij Jaroslaw:

36, 76, 153, 156, 160

Графіка: Слободяника Григорія/ Graphik von Slabodjanyk Grygorij:

121

Графіка: Білого Олега/ Graphik von Bilyj Oleg:

6, 13, 20,  65, 66, 122, 128, 133, 136, 142, 145, 162.

 

В критичних статтях В. Спектора, М. Кульбовського, Я. Брусневича, Г. Молчанова та О. Мошни йдеться про творчість сучасних авторів, веред них :

Л. Некрасовська, В. Міхалевський, Г. Кононов, В. Еременко, А. Ткачук, Є. Більченко, О. Апальков, М. Петренко, В. Пасенюк, О. Волков, С. Левченко, С. Камінський, В. Глазков, В. Бердник, А. Грибанов та інші...

 

Бібліографічний розділ розповідає про книги:

Івана Волосюка, Надії Синиченко, Павла Бессонова, Євгена Рейцена, Наталі Яценко, Анатолія Горового, Володимира Губанова.  

 

 

Примірники журналу можна придбати,  післяоплатою 35 грн.,  

(при замовленні понад 5 примірників, вартість кожного становитиме 20 грн.)

замовивши  в редакції : 

zeitglas@ck.ukrtel.net

 

 

Отрывки из произведений журнала СЧ№60 

 

ЛИСТИ

Поговори зі мною,пам»ять,
Про ті зіжмакані листи,
Про ті дерева,які валять,
А їм іще рости й рости
У лісі нашої біди,
У річці чорної води.

Поговори зі мною,пам»ять,
Про ті дерева,які палять,
А їм іще рости й рости
У лісі нашої біди,
У річці чорної води.
Про уже спалені листи.

 

Сергій Левченко

 

-------------------------------------------------------

 

 

Я заехал сюда попутно.
Тут красивый монастырь.
Город звался Сатанив.
Нельзя сказать, чтобы я был неверующий. Напротив, я старался ходить в церковь. Однако, едва ли мог выстоять хоть одну службу. У меня начинало ломить спину. Потом – поясницу. И казалось, что-то сопротивляется во мне. Возможно, думал я, в этом монастыре будет по-иному.

Монастырь был за парком. В парке я упёрся взглядом в фигуру каменной девы.
Она была сделана, что называется «под мрамор». Задрав руки к согбенной голове, она держала светильник. Я подумал: «Светильник разума…» И, кто-то во мне проговорил: «А по ночам тут кричат совы».
Так черны мои суеверия.
За изваянием красовалась синим куполом часовня. Она была сработана «в сруб». Свежие ещё брёвна красовались желтизной лака. «Наверное, немецкий», – подумалось мне.
Осень только начиналась. Листья пробовали срываться. Но их было мало, павших. Или их сгребали, подумал я. И точно, – увидел дядьку. Он чесал граблями песок дорожки. Я не стал ему мешать. Пошёл просто напрямик. Церковная башня была моим ориентиром. Отсюда монастырь казался крепостью.
Побеги клёнов, разросшихся без спросу, цеплялись за меня. А может, и не пускали. И я вспомнил её.

 

Александр Апальков 

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

 "Он был хамелеон, имевший сто обличий!..
Какому предпочтение отдать??
Злодейству, не лишённому величья?
Способности правдоподобно лгать?

В нём спорили десятки псевдоправд,
И каждая была кровоточивой –
И ей служить он был чертовски рад!
И вовсе не считал её безбожно лживой..."

 

Марк Богославский

 

----------------------------------------------------

 


"... Im Verlaufe der letzten fünfhundert Jahre haben die Ärzte die Anatomie des Menschen in allen Einzelheiten erforscht, haben alle Knöchelchen, Muskeln und Sehnen gezählt und beschrieben, aber keiner hat die Frage beantwortet, wo in all den Organen die innere Stimme des Menschen versteckt ist. Ich persönlich vermute, dass dieses vagabundierende Organ bewusst vom Schäpfer im Brustkorb versteckt worden ist, irgendwo zwischen Herz und Magen. Er verbarg es in einem für die Mediziner unsichtbarem Geheimversteck, von dem aus die innere Stimme ihre Nase hervorstreckte und einen heftigen Streit mit dem Verstand entfachte. Und bekanntlich befindet sich dieser im Schädeldach. Zu dieser Erkenntnis kam ich im vergangenen Sommer, als Stephan Sopronowitsch unser Dorf besuchte, um „mit seinem Herzen die engere Heimat“ zu spüren. Zumindest betitelten es die höfischen Journalisten so. Und gleichzeitig wollte er dem ortsansässigen Bienenzüchter, dem Grossvater Jurka, einen Besuch abstatten..."

 

Anatolij Krym

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 


Щасливці...складують щасливі поезії,
На призьбі роботи, на хлюпітках сесії.
Щасливих читають народи і, часом,
Забудуться в щасті, й хоч хвильку – не плачуть...

Складають щасливі поезії – в щасті?
Митці, Вони – й в напасті – пишуть, як в казці!
Останню, медичну «комедьку» Мольєр
Писав – нерухомим, коли майже вмер... 

 

Євген Юхниця

 

------------------------------------------------

 


"Я і мій брат належали до тієї особливої породи дітей, які не знали «садіка». Або по-іншому: виховані бабою. І дійсно, нащо нам садік, коли бабин садок, разом із подвір’ям та городом – це заледве не пів-гектара? Та ще бабин дім, повний різних таємничих місць. А в бабиному домі – бабина шафа…
Так, звичайна собі шафа світлого дерева, знайомого старовинного «покрою» – ну, ви знаєте. А в ній – ціла купа найрізноманітнішого добра. Наприклад, синя скринька, повнісінька ґудзиків – перламутрових, великих, із яких виходять такі важкі й товсті буси. А ще листівки, ціла гора листівок від бабиних сестер: «С днем рожденья!», «С Новым годом!» Розкладаєш їх віялом на кришці від найбільшої каструлі, а потім раз! крутонеш – і маєш дзиґу, або навіть – калейдоскоп.
І тільки за цими радощами життя, у найдальшому кутку, починалося найцікавіше. Бо там, під самою стіною, старанно попаковані, лежали бабині шафові скелети. Складені так акуратно, що можна було б навіть сказати – любовно.
Так любовно, як ніколи і нічого не складалося в домі самої баби. Безлад там дивним чином відтіняв ідеальний порядок у чотирьох її сестер. Усі закиди на рахунок того, аби якось окультурити оселю, наштовхувалися на коротке бабине: «А нашо?» Може, повісити нові фіранки? «А нашо?» Чи прикрасити пиріг так, аби було приємно поставити на стіл? «Нашо?» Чи попрасувати дідові сорочки?.. "

 

Євгенія Люба

 

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

"Славка Чудов бросил пить в канун ноябрьского праздника: кончились деньги, кончился хлеб, кончилось сало.
“Хватит, – сказал он сам себе, поднимаясь с постели после бессонной ночи изрядно проголодавшимся. – Хватит, мне уже за сорок, а живу, как собака: жена ушла, сын, отслужив армию, знать меня не хочет. Надо за ум браться. Пора...”
В предпраздничный день он решил провести генеральную уборку в своей однокомнатной квартире: вымыл полы, посуду, вытер пыль с комода и шифоньера, собрал на веник с углов комнаты и кухни паутину. Потом вышел во двор и откидал снег от ворот.
Вечером он пил крепкий чай, курил, слушал радио, читал. На другой день к обеду заявился старый приятель Петруха с бутылкой самогона.
– Ты чё, серьёзно завязать решил? – спросил он удивленно. – Да брось ерундой заниматься, всё равно ведь сорвёшься.
– Не сорвусь. На этот раз не сорвусь, – уверенно сказал Славка товарищу, чем ещё больше удивил его..."

 

Сергей Кузичкин

 

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

А чи треба це називати?
Повсякчас ти в моїх думках.
Я від тебе стаю крилатим,
Наче птах.

Є у слові убивча сила:
Вцілиш – і нема висоти.
Якщо птаху судились крила –
Хай летить!

Страсну свічку удвох в негоду
Захистімо крильми долонь.
Пронесімо у тихій згоді
Цей вогонь.

 

Анатолій Криловець

 

-------------------------------------------------

 

"...Кожного ранку Синтія відкривала величезну трухляву шафу, довго дивилася, вибирала одне з убрань, приміряла перед дзеркалом і кокетливо поверталась на всі боки, аби краще себе розгледіти. А потім кидала у мідну миску і підпалювала – так готувався сніданок і обід. Так Синтія грілася взимку.
А ще були книги. Куди не глянь – розфасовані за автором та алфавітом, лежали акуратними купками на підвіконнях, полицях, етажерках, стелажах, столах, підлозі і навіть у кухонних шафках. Синтія вже давно не використовувала ті шафки за призначенням. Продукти приносив листоноша разом із залишками пенсії, і вони зазвичай легко поміщалися в одній із шухляд..."

 

Іванна Деніс

 

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

 В последний раз я пробовал мечтать
лет в тридцать: время пахло захолустьем,
и свежие газеты пахли тленом,
а молодость училась хоронить
и бодро привыкала к неуспеху.
Я знал, куда вернусь, когда уеду
на месяц или полтора, не дольше.
Здесь было плохо, но, листая атлас,
я не назвал бы ни страны, ни места,
где непременно было б хорошо.
Поэзия за мной не заходила,
и ветер странствий не гудел в проулках.
Я книги стягивал к себе, надеясь
в них отогреться: так больной
все одеяла тащит на себя,
когда озноб вытряхивает душу.
Двадцатый век, восьмидесятый год.
Уже и сами мы не понимали,
что строим, из чего и для кого.
Страна себя бесстрастно доедала,
Уже не ощущая, где болит.

 

Вячеслав Пасенюк

 

------------------------------------------------------

 

"...В 1823 году, после путешествия по Крыму, Александр Пушкин нарисовал Золотые Ворота Карадага. Рядом с рисунком написал:
Кто жил и мыслил, тот не может
В душе не презирать людей.
Отчего Скала вызвала у Пушкина такую ассоциацию? Он ведь и сам был всего лишь человек – то есть, презрение к роду людскому подразумевало и презрение к самому себе. Но Пушкин тем и отличался от прочих сапиенсов, что мог отличить сущность «бездушной» природы от собственной сущности, одушевленной, и мог видеть неизмеримое превосходство первого над вторым. Он «жил и мыслил» и знал, что раньше или позже всё заканчивается торговлей в Храме.

Добравшись до Коктебеля в августе 2005 года, я запросто, как тридцать лет назад, двинулся вверх по склону холма на Карадаг, но некий человек пресек моё восхождение, представился охранником и заявил, что уже давно массив древнего вулкана является заповедным, и попасть на Карадаг можно только со стороны поселка Курортное, где находится Биостанция..."

 

Владимир Ерёменко

 

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

***
Бывает, медлит и летящий камень…
Часы не мысли, вспять не повернут,
И часто мы опаздываем с вами
На пять веков, шагов или минут.
И давится словами не сказавший,
И гибель не дожившему близка.
Расплата поджидает опоздавших:
Непониманье, память и тоска.

 

Геннадий Кононов

 

----------------------------------------------------

 

"...Микола, местный комбайнёр, возвращался из райцентра домой в станицу. Вышел из машины и стал мочиться – припекло, до дому бы не донёс. Смеркалось, вдалеке шла женщина, и он точно знал, что она его хорошо видит. Но он не прятался. Так делает большинство мужчин с соответствующими проблемами. Или те, кто искренне верят, что таковых у них нет.
Вдруг над головой раздался негромкий хлопок. Инстинктивно Микола пригнул голову – показалось, что прозвучал выстрел из винтовки с глушителем. Резко запахло серой и ещё чем-то вонючим. Огляделся по сторонам. Над крышей дома Марии, откуда донёсся шум, взвился дымок. Присмотревшись, Микола увидел странное фиолетовое мерцание этого то ли пара то ли дыма и необычайную его плотность,– сквозь мягких очертаний форму не было видно ярких звёзд. И двигался этот дымок сам по себе (вопреки законам физики), против лёгких дуновений свежего вечернего ветерка, сказочно, радужно переливаясь в начинающем темнеть небе.
Забыв застегнуть штаны, Микола плюхнулся в свой старенький “Опель”.
–Чёртова семейка! – Потными пальцами никак не получалось включить зажигание, – не зря местная ворожейка баба Аня говорит, шо им нечистая помогает. Скорей бы до дому..."

 

Елена Соколова

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

 

У меня под старой джинсовой курткой душа,
Ей там холодно, да и от дождя разве это защита?
Я где-то читал, что, если спешить неспеша,
Можно выиграть время, которое было убито.

Заедает молния и пуговицы через одну,
Вечно кутаюсь, а душа болеет простудою летом,
Мне б зашить ее в сердце, но там она, как в плену,
Мне б укрыть ее пледом, но она не может без света.

 

Александр Курапцев

 

--------------------------------------------------------------------------

 

 "...– Здравствуйте, я от Виталика,– начал подошедший молодой человек, – меня зовут Роман.
Прибеженко Андрей Иванович, которого за глаза все называли Приба, в прошлом тренер по боксу, весь седой, сухой, сгорбленный и с помятым лицом, на котором бросалось в глаза приспущенное левое веко, стоял возле спортивного зала. Он сосредоточился и оценивающе рассматривал подошедшего человека.
– Скажи мне честно, Роман, чего ты хочешь?
Тот помялся, будто его уличили в чем-то нехорошем, но при этом глубоко личном, и напряженно выдавил из себя:
– Боксировать хочу! Хочу драться научиться…
– А-а-а, – протянул Приба, – а не поздно?
– Так я не для ринга, а для себя, – и опустил глаза, будто опять пришлось сознаться в чем-то постыдном..."

 

Александр Волков

 

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

Тебе залишив гарну, теплу й сонну.
Залишив, щоб назавтра знов прийти.
Прийти, як ніч у шибу, у віконну.
Насправді ніч – це ти.
Тебе залишив свіжу, ніжну, сплячу,
Але мені від себе не втекти,
Бо знов прийду до тебе і побачу,
Що ніч насправді – ти.
Я в днину сплю, вночі роблюся зрячим
Та споглядаю чарівні світи.
Там ходиш ти царівною. Це значить,
Що ніч-царівна – ти.
Пробач мені, що так тебе зазначив.
Тобі ж одній в саду моїм цвісти.
Я мав сміливість думати, що наче...
А, може, й справді ніч – то дійсно ти.

 

Микола Назарівський

 

----------------------------------------------------

 

 

 

 

Примірники журналу можна придбати,  післяоплатою 35 грн.,

(при замовленні понад 5 примірників, вартість кожного становитиме 20 грн.)

замовивши  в редакції : 

zeitglas@ck.ukrtel.net


 

 

Відгуки*Отклики читателей 

 

 

"ПОЗДРАВЛЯЮ С ЮБИЛЕЙНЫМ 60-ым! 
У Вас уже значительная история и богатая библиография. Много друзей и единомышленников.
Ваше правое дело объединяет страны и души, преобразовывает мир и людей, вдохновляет и побуждает к развитию.
А что больше этого?
Образовывать, лечить и спасать - удел избранных. Спасибо Вам и пусть в Вашей жизни всё ладится.
Пусть будут здоровы и счастливы ваши близкие, пусть в редакции царит мир, дружба и творческий подъём.
Поздравляю с праздником всех авторов "Склянки Часу", желаю им постоянства и вдохновения!
А мы, Ваши читатели и почитатели - всегда рядом".
С Уважением и обожанием Ваша Людмила Исаева, Псковская обл., Россия.
 
"Спасибо - за журнал и за библиографическую справку о моей книжке.
Все-таки большое Вы дело делает - столько лет подряд".
Иван Волосюк, г. Донецк.
 
 
"Хочу сказать, была приятно удивлена журналом. Есть в нём нечто фундаментальное и в хорошем смысле несовременное. Тексы почитаю внимательно,особенно важно,что Ваше издание открыто для начинающих писателей, художников. До последнего не верилось, что мои рисунки могут вот так вот появиться в печатном издании, да еще и на обложке - чудеснейший подарок к новому году-спасибо! 
Поздравляю Вас и всех, кто принимает участие в создании "Склянки часу" с наступающим Новым годом и Рождеством!желаю удачи и процветания!"
Ирина Сташкова,Соленое, Солонянский район, Днепропетровская область.
 

"«Склянка часу», Олександру Апалькову.

 Одержав 60-у склянку. Допиваю і дякую.

Ви дивовижна людина.

Бажаю Вам добра, здоров»я й улюбленої праці в 2012-му і на все ХХI століття.

І – з Новим Роком! З Різдвом Христовим!

                Піднімемо Келих Часу!

Ваш Іван Дзюба".


 "Поздравляю с наступающим и праздниками, желаю всех благ, процветания и до встречи!
С уважением, Анатолий Крым". 
 
"Недавно у нас, в Рівненській спілчанці, ми
знайомилися з Вашим журналом. Сподобався. Старання видавців, втілені у
цікаве видання, заслуговують багатьох компліментів. Успіхів Вам і
надалі!
Вирішила надіслати журналу свою добірку" .
Диб`як Неоніла Ананівна, член НСПУ. м. Рівне.
" Читаю...  "Под мрамор" - мне понравился.
О Сталине("Кем был Иосиф Сталин") - слабовато по форме и по содержанию - философской осмысленности, мне не хватило. Хотя, есть удачные моменты - отмечу при детальном разборе.
Очень симпатичный языково, хоть и грустен по идее, рассказ С.Кузичкина"Объявление". Читался безупречно. Далее - всё в процессе чтения. Будет что сказать ещё по этому номеру - всенепренно поделюсь.
Будьте здоровы и благополучны.
Поклон коллегам".
 С уважеием, Людмила Трашкова (Исаева), Псковская обл. Россия.
 



Обновлен 05 июн 2013. Создан 13 дек 2011



  Комментарии       
Всего 25, последний 4 года назад
chan 07 янв 2012 ответить
Вітаю з Різдвом Христовим! Христос народився! Славімо його!
zeitglas 09 янв 2012 ответить
Хай щастить та таланть всім авторам нашого видавництва!
Геннадій Молчанов 11 янв 2012 ответить
Вітаю весь клуб "Склянки" з ювілеєм! Довгі літа часописові!
Відверто кажучи, на жаль поки що я не знайшов на сторінках журналу чогось суб_єктивно-цікавого, чогось схожого на твори Кафки, Пєлєвіна, Стругацьких тощо. Дуже хочеться художньої літератури з карколомним сюжетом, із загадками якимись, хоча би щось типу попсового "Алхіміка"... Люди добрі, дайте щось цікаве почитати! Агов, дайте, бо в мене книжковий голод!!!
проза: Євгенія Люба "Баба й дід"; поезія: Ніколай Переяслов "Находка"; Татьяна Скорова "Один на всех, или все на одного".

Геннадій Молчанов
zeitglas 12 янв 2012 ответить
Геннадію, одною з перших і неодмінних умовою, котра і характеризує великого письменника, генія, є простота, визначенність, ясність викладення твору, його слогу... Про це ще писав В. Білінський... Звичайні письменники пишуть теж пишуть "ясно"... Втім, іх ідеї, як і самі тексти звичайні... Аби йти вперед, нашій літературі необхідні свіжі і сильні таланти. А таланти у нас, чомусь, не довготривкі... Один спився, другий помер, третій стомився, четвертий - майнув у темряву "фентезі" із жабуринням, астральними чудовиськами, тощо... Аби не бачити ницості реального нашого життя-буття... Однак, так було завжди у нашому "православном отечестве". Отже, намагаємося шукати талановитих авторів... Поки є журнал, у нас є надія.
Геннадій Молчанов 12 янв 2012 ответить
Олександре, насправді талановитих авторів на сторінках "Склянки" - хоч греблю гати. І талановито написаних творів вистачає. Проблема не в журналі й авторах, а в мені, в моїх смаках. Де мені знайти мій формат? Фантасти зі своїми фентезі вже печінках сидять, реалісти дістали пафосом... Люди добрі, дайте щось цікаве почитати! Агов, дайте, бо в мене книжковий голод!!! :)
zeitglas 13 янв 2012 ответить
Геннадію, коли такий голод, приготуйте самі собі їжу. Адже, в нашій країні чи прийде хто Вас нагодувати? Пам`ятаєте фільм Рязанова "Зигзаг удачи"... Що роблять працівники мед-витверезника, коли немає плану, самі напиваються... Хай буде все гаразд у Новому розі за старим стилем... "И всё чинно, благородно, по-старому..."
Геннадій Молчанов 14 янв 2012 ответить
Та ото ж.
ИванН 18 янв 2012 ответить
Ну когда же почта принесёт мне этот журнал? Алло, донбассовцы, кто-то уже получил 60-й номер, может пора тревогу бить и идти в центр подписки?
zeitglas 19 янв 2012 ответить
Наверное, почта перегружена. Редакцией передан тираж №60 ещё 22 декабря в ДП "ПРЕСА".
Пожалуйста, сообщите нам о дате получения журнала.
С уважением ко всем подписчикам, Ал. Апальков, редактор журнала СЧ.
   
ИванН 22 янв 2012 ответить
Вчерась принесли, не прошло и месяца.
Елена Соколова, Киев. 25 янв 2012 ответить
Наконец и я держу в руках этот номер.
Очень понравился "Мейдей" Ерёменко. (Правда, к художественной прозе это произведение отношения не имеет, скорей - эссе, памфлет). Чудесно, смело, по-граждански написано! Просто зауважала автора ещё больше.
Удивил (приятно!) А. Товберг, - прекрасная поэзия. Считала его занудой-критиком :))) и вдруг такие хорошие стихи - и смысл, и язык, и рифма, и ритм (что очень важно, и редко встретишь у современных поэтов, -ритм постоянно сбивается, и ты спотыкаешься, читая их стихи).
А. Волкова прочла как всегда с удовольствием, но есть оплошности в стиле: "...чтобы приподнялось своё приспущенное веко и этим не смущать незнакомых людей". Коряво, да? Или: " На этом холодном февральском ветре изо рта встречных прохожих вылетал белый пар". Лучше было бы "на ветру", правда? И т.д. Не плохо было бы показывать свои сочинения редактору перед печатью.
Журнал по обыкновению листаю медленно (смакую) и надеюсь встретиться с ещё многими интересными вещами. Спасибо редактору и всем авторам: есть , что почитать. В этой связи подколю немного Г. Молчанова, комментируя его капризные зауваження : "Ой,ой,ой. Я весь такой не ординарный, весь странный и противоречивый я такой..."
Желаю творческих успехов, удачи и счастья в Новом году всем-всем!
Елена Соколова. 25 янв 2012 ответить
И ещё: я в восторге от Ю.Крыжановского, и поразил меня поэтизмом своей прозы Апальков.
Геннадій Молчанов 28 янв 2012 ответить
Елене Соколовой: Пані Олено, від такої красивої жінки можна прийняти будь-які підколи! Щиро.
   
Елена Соколова. 28 янв 2012 ответить
:)))) Бачу: ще не перевелися справжні лицарі на Україні.
Геннадій Молчанов 29 янв 2012 ответить
А то! :))))
5stih 31 янв 2012 ответить
А в общем, номер удачный. Почитать, действительно, есть что.
zeitglas 31 янв 2012 ответить
А вот и виртуальная версия нашего журнала, смотрите:
http://store.kassiopeya.com/small/1188/#/1/
zeitglas 02 фев 2012 ответить
Мої перші враження про «Склянку часу», викликані №60

«Склянка часу» має свої характерні особливості, ряд яких можна віднести до його естетично-поліграфічного стилю. Зорієнтований лише на малі, найбільш художньо гнучкі форми, які завжди мають чимале коло шанувальників не тільки серед літературних снобів, а й з числа тих, хто цікавиться новими іменами в літературному процесі, хто шукає необтяжливого, короткочасного, розважального чтива зі свіжими думками, творчими рішеннями і цікавими сюжетними поворотами.
Часопис відрізняється змістом від літературно-мистецьких часописів традиційного штибу з програмним шаблоном на добір суспільно-політично резонованих матеріалів, ювілейних публікацій, історичної, краєзнавчої тематики, нотаток про літературні та навкололітературні події, критики, статей про представників суміжних видів мистецтв тощо. В ньому не віддається питома вага маститим, як то іноді буває, коли декілька осіб, постійно фігуруючи на сторінках видання, формують його і концепцію, і політику, наліплюючи свої стандартні ярлики на все, що бачать в житті і в літературі. У «Склянці» коктейль вимішується рукою демократа. Твори чергуються, здається, за методом вільних асоціацій.
Тут не має мовного відбору, сповідується природна для України двомовність, що наразі діє як об’єднуючий фактор, а німецька мова сприйнялася мною як засіб уведення нашого красного письменства в контекст європейський.
Журнал викликає інтерес. Мені і моїм рівненським друзям сподобався. Дай, Боже, йому успіху на літературному ринку!

Неоніла Ананіївна Диб’як, член Національної Спілки письменників України, с. Городище біля Рівного.
Евгения Бильченко 11 фев 2012 ответить
Обращаюсь к вам, критик Александр Мошна! Любому терпению – и поэтическому, и человеческому, и гендерному – наступает предел. Я отдаю себе отчет, что журнал, где вы последовательно обливаете меня грязью на протяжении нескольких номеров, читает вся страна. Неужели Вы думаете, что такой поэт, как я, будет молчать в ответ на ваши оскорбления? Больше я не буду выбирать формулировки, потому что Вы перешли границы дозволенного, высказываясь о человеке, и нанесли мне обиду не как поэту, а как личности. Вариации словами «нимфоманка», «нудистка» и т.д. считаю для себя неприемлемыми ни в одном контексте: ни в аспекте хулы, ни в аспекте хвалы. Мне не нужны посредственные прокуроры и посредственные адвокаты, ибо такого рода нападки и такого рода защита меня дискредитирует.
Вы не в состоянии уничтожить меня как поэта. Я не отметила в Вашей вульгарной критике ни одной претензии к технике слога и качеству текста, ни одной цитаты, ни ссылок, ни филологических дискурсов коммуникации: исключительно, немощные дидактические вопли и брызжущая злобой беспомощность бездарности по отношению к мастеру. Вы, будучи не в силах писать сам, страдаете комплексом сальеризма и нападаете на талантов, сублимируя свою зависть и чувство неполноценности. Единственная ссылка – это текст «Секс», который, кстати, на концерте в Краснодоне, переписывался зрителями вручную и который даже детьми был понят как антибуржуазный вызов через любовь. Но не об этом речь. Кроме «Секса», у меня было напечатано около тысячи текстов – в сборниках, журналах, антологиях. В моем творчестве (кроме «Секса» ,который на самом деле не о сексе – метафоры надо понимать, что не читали суфийских газелей о Лейле?) вообще нет эротических стихов, я поэт гражданского направления, на что иные указывают как на недостаток. Вы бы изучили тексты, прежде, чем блевать в лицо человеку. Мои тексты звучали и звучат на фестивалях. Я собираю залы. Я бы могла напомнить Вам, что я не шляюсь по притонам и не колю наркотики, а каждый день провожу пары в университете. Что, не закончив докторантуры, я стала самым молодым доктором наук в Украине (мне 31 год), написав работу по философскому анализу литературных текстов. За моей спиной – 90 публикаций в науке и около 300 в литературе. Победы на десятках фестивалях. Четыре лицензированные специальности. Четыре сборника поэзии. Монография на 600 источников. Вам мало7 Вы сделали это? Вы даже в своем возрасте способны только на выжимание четырех страничек а ля публицистики. И этот человек мне говорит о лени молодого поколения?
Я понимаю Ваш уровень развития и для презентации своей эстетики не буду ссылаться на теорию двойного кода Умберто Эко или теории либеральной иронии Ричарда Рорти, потому что, кроме разоблачения «оранжевой заразы», ваш литературный вкус, видимо, больше ни на что не способен, тем более на постижение азов неклассической эстетики.
Относительно обвинений в «депрессии». Почему бы таким, как вы, Латунский, не начать оплевывать Маяковского, Есенина, Цветаеву, Высоцкого, Ван Гога, Сведенборга, Гельдерлина, Ницше? Они не прошли разведку, но страдали нервными расстройствами. Вы напоминаете мне горе-героя одесского анекдота о графомане, который травил молодого поэта за «декадентство». Его спросили? «А Байрон был молодым, красивым, богатым, знатным, гениальным?» Тот ответил: «да». Тогда ему сказали: «Так почему же Байрон – пессимист, а ты – старый, уродливый, бедный, жлобский, бездарный – и вдруг оптимист?» Я осознаю, что отвечаю жестко, но больше ничего не ждите от человека, которому вы навешиваете ярлыки на всю страну. Поверьте, у меня такой мелочи, как вы в каждом регионе хватает. Своими воплями вы делаете мне отличный пиар и повышаете количество людей, приходящих на концерты. Чем больше вы орете, тем сильнее меня любят.
Я человек верующий. Мне следует прощать. Я могла бы пригрозить вам судом (любая женщина за одну «нудистку» и «нудить» уже бы в суд подала). Я могла бы устроить каневско-киевское литературное противостояние и приобщить известных поэтов, смеющихся над вашими нападками и предлагающими мне свою помощь, но не хочу вредить Вашему редактору. Ничего этого я не сделаю. Я счастлива уже тем, что меня читают десятки тысяч людей, а вас – пять человек. Чем больше вы меня поносите, тем очевиднее ваша убогость. Что ж, Бог вам судья. История уже знает Синедрион, афинскую травлю Сократа, Булгакова с его героями, разоблачения Бунина или Ахматовой с Зощенко. Продолжайте в том же духе. Зло ,как и Добро, имеет своих наследников, Латунский. Но знайте, я не дам себя в обиду. Как для человека0поэта и христианина, у меня есть пример, когда в ереси и разрушении Храма обвиняли Сына Божия. Так и вы с вашими обвинениями в вульгарности и натурализме. Конечно, если вам больше нравятся сладенькие куплеты о вишнях дамского пошиба, то вперед и с песней. История любой мусор отметет. Против таких клеветников, как я, как вы я буду стоять до конца, даже если останусь одна и без поддержки.
Дай мне, Господи, мужества и силы.
Евгения Бильченко. Поэт. Доктор культурологии. Кандидат педагогичеких наук.
Доцент кафедры культурологии НПУ им. М.П. Драгоманова.
--- 11 фев 2012 ответить
Извините за опечатки, я очень волновалась. Я - честна. Я не скрываю ни своего волнения, ни своей ярости, ни своей обиды, ни того. что в одинаковой мере ненавижу ,как порно, так и ханжество. Поверьте, я буду петь и дышать ,пока есть люди, которым не безразлично мое творчество. Я люблю людей, но ненавижу социальных прихвостней. Вам меня не уничтожить. Мне есть ради кого творить. Я знаю ,что десятки тысяч людей думают, как я. Я верю в людей.

Остался год до цифры тридцать три

Всего лишь час дают на артобстрел
Владимир Высоцкий

Остался год до цифры тридцать три:
Меня уже достаточно учили.
Хочу теперь податься в хиппари –
Встречать закаты в кечуанском Чили.

Остался год до цифры тридцать три:
Меня уже обильно наградили.
А рок, как рэкет, медлит у двери,
Купаясь в облаках парадной пыли.

Остался год до цифры тридцать три:
Меня уже достаточно хотели,
Пока кровотечением зари
Артерии прокладывали в теле,

Намечивая душу изнутри.
Мочили душу, как беднягу Билли!
Остался год до цифры тридцать три:
Меня уже достаточно убили.

Но мне ли с веком заключать пари:
Поэта годы гнут, а он не выгнут.
Остался миг до цифры тридцать три,
Когда, даст Бог, распятие воздвигнут.
10 февраля 2012 г.
--- 11 фев 2012 ответить
Последнее. если мой комментарий уберут (я уверена ,что до этого низость людская не дойдет), завтра он пойдет в другие медиа-ресурсы ,покруче.
ametista7777 26 мар 2012 ответить
Получила огромное удовольствие прочитав замечательное произведение, автора Елены Соколовой, в журнале "Склянка Часу", №60. Такое тонкое, едва уловимое, сплетение сюжетов завораживает и в то же время вносит неповторимую изюминку, по которой, безошибочно, можно узнать подчеркавтора. Елена, огромное Вам спасибо за творчество. Входновения Вам и успехов.
Федорова Светлана, адвокат. ametista7777@ukr.net
zeitglas 19 мая 2012 ответить
Александра Мошна

Размышления несостоявшегося критика

Признаться откровенно, никогда мне не снились лавры литературного критика. Многие годы увлечённо «царапал» без оглядки на то, что кто-то заметит и оценит. У меня было широкое поле деятельности: стихи, миниатюры, рассказы, статьи. И зачем мне этот «геморрой» – критика – ума не приложу. Я ведь и так прекрасно себя чувствовал (чего мне, авантюристу, спрашивается, не хватало?), иногда находил довольно приличное понимание и некоторый вес в своём окружении. Но однажды Апальков Александр, как опытный редактор, забросил удочку, в смысле, прислал приглашение, чтоб высказал я своё мнение о журнале. Без всякой оглядки на то, что могут потом последовать «репрессии» после моих обзоров со стороны авторов, я сдуру клюнул на приглашение и «на всю лопату» выложил свои мысли как читатель. Потом последовали ещё обзоры, но никто из авторов не собирался меня останавливать. Я даже как-то в последнее время маленько заскучал. И вдруг в своём обзоре Исаева обронила: «С упоением и наслаждением читаю Александра Мошну». Товберг Александр проявил свой интерес к моим обзорам и надежду, что я буду и дальше расти.
Большое, конечно, им спасибо. Но слава меня ждала уже за поворотом. В ответ на мои критические обзоры, авторы стали понемногу пробуждаться и выражать своё недовольство. На сегодня их собралось четыре отклика в мой адрес, и я попытаюсь – не говорю оправдаться – поразмышлять вслух.
Первое, что я почерпнул от возмущённых авторов – огульное утверждение, что критик сам не способен ничего путнего создать (откуда такая уверенность?), вот, змей, и набрасывается на порядочных прозаиков и поэтов. Дескать, завидует, бездарность. Но позвольте – странные и непонятные, однако, обиды. А читатель имеет право высказать своё отношение, или он вообще никаким боком не вяжется сюда? Нынче такой широкий «разброс» гуляет в литературе и искусстве, что слова поперёк не скажи – завоевание демократии. Нынче эпатажность не то что имеет место, а воспевается. А как же – круто! И попробуй заикнись, что пошло, занудно или просто непонятно, скучно, наконец, – тебя норовят «пригвоздить», что захотелось тебе «примитива, линейности – вылизывайте их!» На безобидное замечание – такая волна истерики порой несётся, что удивляешься, отпрянув в сторону. Один автор по простоте душевной готов морду тебе «начистить», другой, образованный и важный, грозит по судам затаскать, третий, начитавшись классики, насмешливо роняет: «А судьи кто?»
Безусловно, мы не Белинские, так ведь и вы, позвольте вам заметить, не Пушкины.
Второе, что бросилось в глаза, авторы, как правило, уличают тебя, что ты не знаешь их творчества. Дескать, почему так узко мыслишь, только на эти два стихотворения и сделал наскок? А их у меня много – лень матушка заела? Но ведь такой задачи изначально не ставилось. Высказываешь своё впечатление только по материалам, которые «залетели» в журнал, а он не резиновый.
Но не будем голословными и пора переходить на конкретику.
Итак, первой ласточкой в плане отклика на мои обзоры выступил в интернете Владимир Комисарук со своим возмущением: «Скальпель – не Джекам, а хирургам». Из заголовка стало проясняться, что я, оказывается, Джек Потрошитель. Неожиданная компания. Но Комисарук, видимо, видит меня так, или в своих обзорах я оказался настолько «нефотогеничным», что на большее и не тяну. Так или иначе – такая «несокрушимая» ассоциация у человека при встрече с моей фамилией. Бывает…
С первой своей строчки Владимир радостно сообщает, что давно созрел «отрыхтовать фасад» критика, и только одно его огорчает – далеко тот проживает. И действительно, чувствуется, что Комисарук ещё в отличной физической форме, ибо без всякой разведки, сразу бросается в бой, чтоб наверняка, как минимум, запугать противника. «Щоб окремі критики, як писав Євген Євтушенко, пам’ятали: «Ничего не сходит с рук…» И чтоб не опомнился противник, ещё одной фразой пытается «приласкать»: «А також слова Аркадія Тюріна: «Учат нас ходить Ползающие, летающие, скачущие…»
И что интересно: почти у каждого автора наблюдается такая тенденция: ругает критика за какое-то неправильное, на его взгляд, отношение к автору и тут же сам не замечает, что ведёт себя подобным образом. Комисарук пишет: «Але це має таке ж відношення до літературної критики, як міліція, грім і порося.» И сам в то же время: «Ніхто ж не буде звинувачувати Тараса Шевченка в російськомовності». А что, уже были попытки? «Але мене вбиває історія однієї дискусії. Я розумію, що депутати ВР часто вирішують свої питання не тільки коректними словами, але…»
На протяжении своего наболевшего, возникают фразы, которые настолько сумбурны и не по теме, что непонятно, зачем сюда вообще слетелись. О какой такой «дискуссии» идёт речь и причём здесь ВР?
Вот ещё цитата: «Олександр Мошна повчає: «следует помнить, что поэт всегда впереди, а критик в ожидании выглядывает, когда вы что-то нацарапаете, пардон, создадите, и он следом семенит».
И что здесь обидного, что поэт всегда впереди и что-то «царапает»? А человек обиделся – «повчає». В моём окружении может кто-то легко сказать: я вчера нацарапал пару строф. Такое впечатление, что некоторые авторы втайне от окружающих давно себя воздвигли на ступеньку пьедестала и выглядывают, когда это другие заметят. Поэтому они сразу и готовы сражаться, если кто-то вслух лишь выскажется «непонятным образом» на их творчество.
В конце своего пламенного монолога Комисарук подводит жирную черту: «Можливо, загостро, але краще загостро, аби не затупо».
Читатели могут прочитать в интернете послание Комисарука и самостоятельно убедиться, насколько там «загостро» и насколько «затупо».
А теперь под занавес. Цитирую полностью свой материал, который так потряс Владимира и даю возможность читателю определить, как я «дошёл до жизни такой».
Итак: «А Владимир Комисарук в это время пытается достучаться до читателя и хочет, чтобы его услышали, несмотря на то, что он пока ещё неизвестен.
Невизнані теж сіють Слово,
Малюють, музику творять.
Яка ж це може бути мова
Щоб сіячів невизнаними звать?
Правда, Комисарук здесь же высказывает свои претензии и обиды к некоторым критикам и уличает их, что они, дескать, сами не способны что-то создать, а вот только знай покритиковать – хлебом не корми.
А судді хто? Хто не хворів – не зрозуміє
Того, у кого що і як болить.
Окремі критики лиш руки гріють,
Не вміючи самі творить.
Что ж, может и такое быть, но следует помнить, что поэт всегда впереди, а критик в ожидании выглядывает, когда вы что-то нацарапаете, пардон, создадите, и он следом семенит. Если это вас утешит». («Юбилей – всегда приятно». «С.Ч.» № 51).
Но мои слова, видимо, совсем не утешили Комисарука, они его скорее очень возмутили. И Владимир на полном серьёзе начал доказывать, что он всё-таки известен. «Тепер щодо моєї невідомості. Не моя вина, що О. Мошна не ознайомився з моєю творчістю раніше». И Комисарук сообщает, когда вышли первый и второй сборники его, их тираж. Перечисляет имена писателей, которые его знают, а мне так неизвестные…
И что здесь скажешь, ребята. Но ведь я только попытался с улыбкой обыграть стихотворение, ничего туда не закладывал «крамольного» – и такие круги пошли! Но если так чувствительно Комисарук воспринимает свою «постать», и он считает, что это от меня зависит – хочу сделать заявление: всем читателям, кто заглядывает в журнал «Склянка Часу» рекомендую, настоятельно советую считать Владимира Комисарука отныне очень известным. В чём и подписываюсь. Надеюсь, это мне зачтётся наилучшим образом.
Второй ласточкой выступил Ярослав Брусневич. В своём обзоре «Ещё раз про стихи и, к сожалению, не только про них» («С.Ч.» № 60) он всё больше «сочувствовал» мне, поэтому, не останавливаясь, двинем дальше.
Пришёл черёд поговорить с Е. Бильченко, её обращение ко мне зависло также в интернете – непременно прочтите.
После такого взрыва возмущения, негодования, ярости и потока оскорблений в мой адрес, хочу сразу принародно извиниться перед Евгенией Бильченко, потому, чтоб как-то загасить весь этот пожар, что всколыхнул даму, и чтоб читателей не опалило. Иначе разговора, я так полагаю, не получится. Непременно надо вначале «ударить по тормозам».
Но чтоб разговор вышел предметным, цитирую то, что сказал я в журнале «С. Ч». № 60 («Кареглазое счастье моё»), из-за чего, собственно, и сыр-бор разгорелся.
«Но наведаемся к Бильченко. Татьяна Скорова, оказывается, всё же согласна, что стихи Евгении не совсем, скажем мягко, удачные. «Да пошло, – подтверждает она, – да грязно, да очень вульгарно и натуралистично». И дальше на полном серьёзе начинает смешно выгораживать поэтессу: «Может, она натуралка, нудистка, язычница, нимфоманка и т.д.».
Может. И на здоровье. Но причём здесь, я вас спрашиваю, поэзия? Получается, если дама нудистка – она может «нудеть» по улице обнажённой – так, что ли? И когда вы заикнулись замечание ей сделать – Татьяна тут же и подковырнёт насмешливо: «Значит, всё-таки вас зацепило?!»
Интересная логика, если не сказать больше. Ты указываешь на «неподобство» (в данном случае на вульгарность в стихах Бильченко), а тебя подозревают, что «зацепило».
А теперь давайте вместе перечитаем текст и пристальней всмотримся в него, без нервов. Татьяна Скорова согласна, что стихи Бильченко написаны пошло, грязно, очень вульгарно и натуралистично. А дальше опять, заметьте, та же Татьяна выражается: Может, она натуралка, нудистка, язычница, нимфоманка…»
Вы же, Евгения, пишете: «Вариации словами «нимфоманка», «нудистка» и т. д. считаю для себя неприемлемыми…» Так действуйте – все обиды и претензии в адрес Скоровой. Я ведь только лишь повторил единственное слово «нудистка», и его производное «нудеть» – и это всё. И никаких «так далее». В прошлом номере «С. Ч.» стихотворение «Секс» посмел подвергнуть критике – вот и вся моя вина перед Вами. Вы, Евгения, говорите, что ненавидите порно, и что это единственное стихотворение у Вас о сексе. Ну и чудненько. Так в чём тогда вопрос? Зачем стулья ломать? Я ведь и не говорил, что у Вас вся поэзия такая. Только об одном стихотворении и заикнулся – и такой ураган. В пылу своего возмущения Вы не замечаете, что переоцениваете меня. Восклицаете возмущённо: «Вы не в состоянии уничтожить меня как поэта». Конечно, мне это не под силу, а главное – у меня и в мыслях подобного не было. Разве эти полтора слова, что я сказал в Ваш адрес, способны уничтожить Вас? Помилуйте. Это вызывает улыбку, а то, что Вы так с упоением и наотмашь сечёте меня – сочувствие. Вы, Евгения, уж извините, приплели мне, что я сказал о лени молодого поколения. Но ведь я спорил исключительно со Скоровой, а не с поколением. Татьяна пишет: «Мы – Поколение «Межсезонья». Мы помним и Пионерию (взяли от неё всё, между прочим, самое хорошее) и развал Союза, и Помаранчевую революцию, и Всемирный финансовый кризис. И Вы думаете, эти катастрофы не отразились на наших судьбах, не оставили след в наших мозгах?! Которые и так были набекрень…»
И как здесь промолчать было, когда Скорова до смешного делает скоропалительные выводы? Я и хотел лишь сфокусировать внимание и «насладиться» таким оборотом мыслей, а не подвергать поколение критике в данный момент. «Отчего же у Вас мозги-то набекрень, Танюша? Вы что – десять лет разведчицей «пыхтели» за бугром? Или «парились» на нарах? Согласен, что нынче бестолковщины много, беспредел наглеет по стране, «мажоры» наслаждаются безнаказанностью. Так это завсегда так. У каждого поколения своё «меню». Вы думаете, в гражданскую, в годы войны, послевоенные, три голодовки – сплошь одни прогулки в ритме вальса? Ваши страдания по поводу «Помаранчевой революции», Всемирного финансового Кризиса – так это «семечки» по сравнению с тем, что пережили наши предки. И с чего Вы вдруг взяли, что это были катастрофы? Таких «катастроф» у нас немеряно промелькнуло, и за ухом не успевали почесаться. Вы что, родная, во время «Помаранчевой революции» рыли окопы, котлованы, и как это, интересно, отразилось на Вашей судьбе? Вы что – поседели, грыжей обзавелись, или Вас лишили гражданства Украины? Откуда такая трагедия в речах?»
Вы, Евгения, утверждаете, что я говорил о лени молодого поколения? Хотя случаются отдельные индивидуумы, но Вы-то – «впереди планеты всей». И равных Вам, я это крепко усвоил, – нет. Но будь Вы и трижды Академиком, ведь и я имею право высказать свою точку зрения, даже если не являюсь доктором культурологи. А то у меня сложилось именно такое впечатление. И потом, есть такое выражение: «Юпитер, ты сердишься, значит, ты не прав». Вы считаете, что я Вас опозорил на всю Украину, но ведь зачастую человек сам себя здорово позорит своими неприглядными поступками и несдержанностью. Вы пишете, что известные поэты смеются над моими нападками – так и правильно делают, и Вы, Женечка, смейтесь. Не заводите себя так, здоровье дороже. Берите с меня пример. Вот Вы в своём письме так «трепетно» приложились, сколько насмешек и оскорблений в мой адрес отпустили незаслуженно – а я не обижаюсь. Спросите, почему? То что Вы щедро так «наваяли» на меня – не соответствует действительности. А если так, то почему это я должен бить себя в грудь и доказывать кому-то обратное? Мне кажется, каждый нормальный человек не будет принимать на веру, когда один человек вспыльчиво характеризует другого в каком-то неприглядном свете. Он непременно самостоятельно докопается до истины, разберётся и сделает свои выводы.
Вот Вы, госпожа Бильченко, так уничтожающе, как Вам кажется, «размазали меня по стенке»: «немощные дидактические вопли и брызжущая злобой беспомощность бездарности по отношению к мастеру», «кроме разоблачения «оранжевой заразы», ваш литературный вкус, видимо, больше ни на что не способен», «своими воплями вы делаете мне отличный пиар и повышаете количество людей, приходящих на концерты» (значит, что-то полезное сделал, почему благодарности не слышу и о комиссионных не заикаетесь?), «чем больше орёте, тем сильнее меня любят», «чем больше вы меня поносите, тем очевиднее ваша убогость» и т. д.
Потом Вы так «воспламенились», высоко взлетели в своём пламенном монологе, что сравнили себя с Сократом, Булгаковым, Буниным, Ахматовой, Зощенко и даже с Сыном Божиим – Вас так же как и их травят. И это всего за полтора моих слова, сказанных в Ваш адрес. Вы, Женёк, молодца! Активность потрясающая! Вот только Вашу бы энергию, как говорится, да в мирных целях использовать.
Докладывая о своих успехах (а они, несомненно, впечатляющие!) Вы восклицали: «Вам мало? Вы сделали это?»
Но позвольте вклиниться в этот сплошной поток справедливого гнева: разговор-то, извините, не по теме, Вы действительно сумели достичь многого. Можно смело согласиться, что Вы скачете впереди на белом коне, а я никогда не осилю тех вершин. Но это абсолютно ничего не значит. Видимо, разная у нас с Вами сверхзадача.
В своём монологе Вы очень активно угнетали меня своим регалиями (в который раз – здорово, молодец!), а какое это имеет отношение, позвольте полюбопытствовать, к Вашему творчеству? Это совсем из другой оперы. А вот Ваша фраза: « Я бы могла напомнить Вам, что я не шляюсь по притонам и не колю наркотики…» Поздравляю! Я ценю Ваше доверие, но куда пристроить мне эту Вашу интимную подробность? И ещё. Оказывается, стихотворение «Секс», по Вашим словам, детьми было понято. Не пугайте меня. Вы что – развращаете малолеток? Надеюсь, не «втянулись» ещё?
И подобных фраз, которые обособленно фланируют по тексту, много встречаю.
На фоне Вашей, как Вы сами «раскололись», ярости, в заключение хочу пожелать Вам, Женя, душевного равновесия, творческих взлётов и «дослужиться» до ректора. Чуть не забыл. Вы так много написали о своих успехах, что, наверное, неприлично будет мне не сказать о себе.
Так вот, в журнале «С. Ч.» в двух номерах мои миниатюры и рассказы были переведены на немецкий язык. Безусловно, Вы полагаете, что редакция «Склянки Часу» готова переводить всякий «мотлох» «беспомощной бездарности», как Вы охарактеризовали меня? В настоящее время в США мои миниатюры взялись переводить на английский и испанский языки. И никто, представьте себе, не сделал мне упрёка, что я не доктор культурологи, не кандидат педагогических наук и даже (страшно подумать!) не доцент культурологи в НПУ им. М. П. Драгоманова. Как-то, знаете, всё сошло с рук. Вот такую оплошность допустили американцы.
Вы так активно пытались затоптать меня, что вынужден Вас расстроить – я не пёс Барбос с помойки. В прошлом году в газете «Крокодил в Украине» было опубликовано около пятидесяти миниатюр, и там я получил диплом. Мне устроили бенефис и пошли публикации на страницах журнала «Крокодил +». Я член Национального союза журналистов Украины… Есть ещё достижения: и публикации, и дипломы, но меня преследует мысль, что эти «соревнования» напоминают беседу у песочницы. Слишком мелко и несерьёзно.
Женя! Как ни странно для Вас прозвучит, но у меня родилась довольно приличная мысль: дайте, пожалуйста, мне свой адрес и я вышлю Вам свои миниатюры. Вот тогда и отыграетесь на мне за милую душу. Всыпьте мне, пожалуйста, по полной программе, я Вас очень прошу! Устройте себе именины сердца. Между прочим, у Вас есть уникальная возможность принародно «высечь» меня, и теперь уже за дело, коль, по Вашим словам, я такой недоумок, отплатите мне той же монетой за то, что я имел неосторожность или нахальство вякнуть о Вашем творчестве. Правда, здесь кроется одна ничтожная подробность – если это, конечно, получится у Вас. И всё же – не упустите свой шанс! Примените свои знания на практике и «шандарахните» критикой по моим миниатюрам – слабо?
А вообще я рад нашему знакомству, пусть и заочному – встряска капитальная, да и материал родился очередной. Будьте здоровы!
А теперь заглянем на огонёк к Людмиле Исаевой («С. Ч.» № 61 «Надо ли писать просто и понятно?»). Первое, что хочу отметить, я с подозрением отношусь, когда обращаются ко мне со словами «господин» или «пан». В Украине националисты прямо млеют реверансы друг перед другом «отвешивать» – «пане». В этом обращении они единственные усматривают глубочайший патриотизм, который пришёл к нам якобы из глубины веков. А мне, нынешнему холопу, т. е. «маленькому українцю», слышится в этом слове не свобода в чистом поле, а какое-то утончённое издевательство. Судите сами: живёшь в нищете и бесправии, на баланду не каждый день удаётся заработать, и вдруг – пан я, оказывается. С какого перепугу? Но Бильченко высказала догадку, что я «дремучая плетень», поэтому исправляюсь и, чтоб сделать ответный ход, продемонстрировать понятие этикета, буду в дальнейшем величать Исаеву соответственно. Итак, высокочтимая госпожа Исаева! Частичка «шуршащего литературного муравейника» приветствует Вас и рада, что вышли Вы из подполья на связь и теперь, я так полагаю, будете почаще баловать нас своим присутствием на нашем бомонде, т. е. на страницах журнала «С. Ч.» Приятно отметить, что Вы не остались в стороне, а живо встали на защиту В. Пасенюка. Как я Вам и обещал, готов просить прощения у Вячеслава и прошу за несколько резкое высказывание со своей стороны. Но всё равно пусть будет так: я не совсем понимаю его стихи. То, что Вы, госпожа Исаева, говорите: «Пишет непонятно? Задайте вопрос автору. Ему приятно и вам интересно» – так это просто симпатичная и красивая фраза, и не более того. Каждый из нас сложился давно и переубедить другого – довольно сложный процесс, да и сама поэзия – такая ветреная дама, что, порой, самому автору трудно «обрисовать», почему к нему приходят именно такие строки.
Теперь, что до главного вопроса: надо ли писать просто и понятно? У госпожи Исаевой вызывает серьёзное сомнение, если не опасение, что нет. Поэзия, – говорит Людмила, – должна быть разной». А кто ж с этим спорит? Непременно! Но при этом желательно и понятной тоже, хотя бы на подсознательном уровне. И не надо нас загонять в угол. Может Вас это, госпожа Людмила Батьковна, и несколько огорчит, но об ассоциативном ряде, как ни странно прозвучит, приходили догадки. И с Высоцким никаких волнений. У Владимира эмоциональный всплеск врывается десятибалльным штормом в подсознание и с такой силой трагического звучания, будоража, прежде всего, душу, что если что-то там и непонятное возникает сразу, то потом оно вполне заполняется на эмоциональном уровне. Ты слышишь трагические нотки – и откликаешься. Возможно и не до конца понимая где-то смысл сказанного. Ты просто вначале сопереживаешь автору. Но для этого требуется зажечь читателя (зрителя). Тогда он будет стремиться «докопаться» до сказанного. На сегодня у меня не выходит «подобраться» к Пасенюку.
А теперь, внимание: Евгения Бильченко заподозрила меня, что я не способен выдавить из себя ни одной цитаты. Опровергаю сходу и на глазах. Василий Макарович Шукшин: «Да будь ты трижды современный и даже забегай с «вопросами» вперёд – всё равно ты должен быть интересен и понятен. Вывернись наизнанку завяжись узлом, но не кричи в пустом зале… Если же кто сказал слова добрые и правдивые, и его не услышали – значит, он не сказал их».
В заключение хочу покаяться, попросить прощения, если кого обидел, и порадовать: на этом я прекращаю свою критику в журнале «Склянка Часу» – буду осваивать новый для себя жанр. Если находятся авторы, которые так болезненно и негативно воспринимают мои обзоры, может, действительно, пора мне завязывать с этим экспериментом – как Вы полагаете, уважаемые читатели?
Володимир Комісарук 08 окт 2012 ответить
Одобрямс зав'язати з критикою. Це не Ваше. Щиро зичу здоров'я і творчих успіхів. Надіюся бути достойним у видавництв і читачів.
zeitglas 19 окт 2012 ответить
Володимир Комісарук
ДОШКУЛЬНЕ (Старі мозолі сучасності)
Я відрізняю високопрофесійну, справедливу, інтелігентну критику від претензійної любительської з елементами зверхності і некоректності на межі хамства («нацарапаєте…») та відгуків – побажань, як основи спілкування і взаєморозуміння.
Щодо емоційності Слави. «Б…» - некоректно по відношенню до сайту «СЧ», хоч дійсно, окремі члени суспільства, які подібні середньому пальцю, часто вважають себе вказівними. Це вже інша, дуже болюча і важлива тема. Тут вже не критика чи еківоки, а цензура, терор і війна.
* * *
Можливо, наші душі також подільні, як і атом. І кожна людська душа включає свій, притаманний тільки їй букет; у кого - з одних квітів чи будяків, а найчастіше – змішаний. І, можливо, людська душа й відповідно цьому розпадається.
* * *
Християнський Бог, опісля перевірки Іова посередництвом сатани на міцність віри, дав Іову вдвічі більше матеріальних благ. Чи повернув Він Іову його дітей?..
* * *
Поет Іван Іов по-справжньому любив свою неньку - Україну. Чому вона й досі не любить Його, нині вже покійного?
Україна – ІІІ
Божа, безгрішна, спасенна, свята,
Вкотре розп’ята й з хреста ще не знята,
В сяйві столітнім, немов сирота,
Сльози-сльозинки – не зерна-зернята.
Щира в побілених снами хатах.
Мучиться, вірші читає Шевченка.
Сестри й брати! Усіх стримує страх,
Душу руйнує брехня і казенка!
Неба немає і сонячних рос,
Лиш глитаєнки кохаються в чарах.
Справді, Вкраїна терпить, як Христос,
Скупана в стронції, в горі і в чварах.
Чи на роду закарбований код,
Щоб ошукало погибельне кодло…
Не одиниці, а цілий народ
Зможе прорвать зачароване коло.
Встаньмо з колін і звільнімось від пут,
Знищити їх – то обов’язок, подвиг!
Доки ми будемо, загнані в кут,
Жити, тамуючи подих?!
Іван ІОВ (2.!0.1948 – 4. 02. 2001)
* * *
На жаль, часто випробовування - поза межею людського життя.
* * *
Чорні списки, цензура, інквізиція, екзекуція…
Причина: страх, гнів, заздрість, маразм, ницість...
Наслідок: бумеранг, завжди першочергово для виконавців, і глибоке довічне ФЕ для їхніх організаторів та торговців індульгенціями.
* * *
Поет завжди за межами системиі страх бере в полон її щораз,
бо аксіоми бачить в теоремахі ріже-ріже слів його алмаз.
Він окриляє соціальні теми,адже душа за цілий світ болить.
А хто є who – час певне відокремить -в серцях людей лише достойним жить!
* * *
Нехай панує в світі тільки радість. Завжди добро хай криє світлом зло.
Людських сердець не їсть іржава заздрість.Любов та мир зорять чоло.
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником
„СКЛЯНКА ЧАСУ*ZEITGLAS” міжнародний літературно-художній журнал та видавництво вул. Шевченка, 31/32 Канів, 19002, Україна. Тел/факс: (04736) 36805 З 1995 року дає рівні можливості маститим і авторам-початківцям. Одночасно українською, російською та німецькою мовами. mailto:zeitglas@ck.ukrtel.net web: www. zeitglas.io.ua Директор: Олександр В. Апальков **************************************************************************** „Склянка Часу*ZeitGlas” Publishing house and international literary - art magazine Street. Schewtschenko, 31/32 Kaniv,19002, Ukraine. Phone/fax: (04736) 36805 Since 1995 gives equal opportunities known and beginning authors. Simultaneously in the Ukrainian, Russian and German languages. mailto:zeitglas@ck.ukrtel.net The director: Alexander W.Apalkow